Самое бесполезное следственное действие
Следователь в своем душном кабинете, пропахшем казенной бумагой и дешевым кофе, искренне верит, что совершает тактический подвиг. Он проводит очную ставку. Он «закрепляет» доказательства. Он «размножает» изобличительные показания потерпевшего.
В реальности он просто копает могилу для собственного времени и ресурсов своего ведомства.
Очная ставка для следствия бесполезна трижды. И вот патологоанатомическое вскрытие этого действия, которое я называю процессуальным мертворождением.
Ловушка «ксерокса»
Главный системный порок очной ставки — её юридическая двусмысленность. В одном протоколе, как в едином доказательстве, зашиты два человека с диаметрально противоположными интересами. Противник полагает: если потерпевший трижды повторит заученный текст (допрос, доп. допрос и очная ставка), то обвинение станет монолитом.
Но этот монолит — из пенопласта.
Представим: в суде потерпевший «забыл» следственный сценарий. Прошло время, память стерлась или следователь за него слишком красиво сочинял — неважно. Гособвинитель, пытаясь направить «забывчивого» свидетеля в нужную колею, ходатайствует об оглашении всего пакета следственных бумаг в порядке ст. 281 УПК РФ. И вот здесь защитник выставляет блок.
Почему ст. 281 УПК не сработает на очную ставку?
Огласить обычный протокол допроса потерпевшего — процедура понятная. Но оглашение протокола очной ставки — это тупик.
Во-первых, в очной ставке допрошены двое — антагонисты. И если показания потерпевшего теоретически можно было бы огласить (так как он в суде их уже дал и «противоречия» выявлены), то подсудимый в этой стадии процесса еще не давал показаний в суде. А значит, никаких оснований и противоречий еще просто не может существовать. Огласить его часть протокола — значит нарушить закон.
Во-вторых, если в ходе очной ставки наш подзащитный хранил молчание по статье 51 Конституции, то что Противник собрался оглашать? Пустоту? Оглашение пустоты не имеет смысла. А если показания потерпевшего в протоколе очной ставки полностью идентичны его же протоколам допроса (а они всегда идентичны!), то какой смысл оглашать эту копию, если оригинал допроса уже исследован?
Суд просто не станет тратить время на эту макулатуру.
Вред для Противника
Очная ставка не просто бесполезна для следствия, она ему вредит. Проводя её, следователь совершает акт самострела:
- Слив информации: Он выдает нам все козыри обвинения задолго до ознакомления с делом (ст. 217 УПК).
- Рекогносцировка: Он дает нам возможность изучить психотип изобличителя, увидеть его страхи и заминки за счет бюджета следствия. Мы видим это «мясо» раньше времени и готовим ответ.
- Процессуальный ноль: Протокол очной ставки в 99% случаев останется запечатанным в томах. Он — юридический мусор, который никогда не будет озвучен в суде.
Следователь, проводящий очную ставку для «усиления» позиции, подобен строителю, который возводит картонные декорации. Он тратит силы на то, что никогда не станет частью фундамента приговора.
Защитнику не нужно мешать следствию совершать эти ошибки. Пусть плодят бумагу. Пусть верят в силу «перезакрепления». Когда наступит время настоящей битвы в суде, вся эта бумажная крепость рассыплется, потому что у нее нет процессуальной опоры. Наше правило — молчание и фиксация брака, который уже невозможно будет исправить.
